— Готово, — сказала она, после нескольких напряженных секунды и как раз вовремя, так как я начал ощущать, как в костях отражается клацанье железных подошв по плитам палубы.
— Я могу это взять?
До того, как я успел спросить "что?", она стащила мою фуражку с головы и водрузила на крюк из проводов, наброшенный на трубы, идущие по центру потолка. Похищенная фуражка болталась в центре коридора, чуть выше моей головы и примерно на высоте морды орка. У меня не были ни малейшего понятия, что она намеревалась этим добиться, кроме как возможно заставить их стрелять, но мне моя шея была намного дороже фуражки, так что я просто снова побежал.
— Не торопись, — сказала Мира, положив руку на мою, — спрячься за углом, пока они не увидели нас.
Что ж, это звучало по мне. Видимо она знала, что делает, так что я притормозил немного и спрятался за ближайшим пересечением, нацелив свой лазпистолет туда, откуда пришел. Позволить им увидеть нас это одно, но я был не настолько глуп, чтобы стоять открыто там, где они могли меня подстрелить. Даже орк изредка попадал в цель. Они вылетели гурьбой, как всегда толкаясь за лидерство, что несомненно значительно их тормозило и дало нам время сделать то, чтобы там ни собиралась сделать Мира. Я положил палец на спусковой крючок и сжал его до точки, когда малейшее движение приведет к выстрелу. Часы тренировок с парящими киберчерепами в часовне сослужили мне отличную службу. Своими новыми аугметическими пальцами я держал оружие так же уверенно и инстинктивно, как если бы они были моими собственными; даже больше, я осознал, что стало гораздо легче целиться, отсутствовала слабая дрожь, от которой не избавиться никаким количеством часов тренировок и обучения. Хотя я сдерживался, желая прицелиться точно. Я до сих пор не представлял, что там соорудила Мира и последнее что я хотел сделать, так это сломать своей поспешностью весь план.
Конечно первое же что увидели зеленокожие — мою фуражку, все уставились на нее с выражением смутного недоумения, их род мгновенно впадал в это состояние ступора, когда было необходимо хотя бы минимально напрячь мозги. Их безрассудный порыв замедлился, и они двинулись к нам по коридору, хрюкая и гавкая на своем варварском наречии, с которым я был немного знаком. Из того что я понял — убитый мной на самом деле был их лидером и его преемники до сих пор пытаются установить свою власть над остальными.
— Тебя не затруднит выстрелить в них? — раздраженно спросила Мира, так что я тщательно прицелился в Металлическую Челюсть, он палил во все стороны больше всех, что обычно является надежным указателем на статус среди зеленокожих, и нажал на спусковой крючок. Я должен был всего лишь привлечь их внимание, на что очевидно и рассчитывала Мира, но повезло даже сильнее чем ожидалось. Я выстрелил как раз в тот момент, когда моя цель раззявила пасть чтобы зареветь на упорных подчиненных и по великой удаче мой лаз разряд угодил ему в глотку, вынося почти все мозги через затылок.
Оставшиеся в живых зеленокожие на долю секунду застыли в дебильном изумлении, глядя как их лидер валится на палубу, затем как один отреагировали, рванув вперед, с ревом:
— ВААААААААААААААААААГГГХХ!
Несмотря на атаку, я ощутил слабый прилив оптимизма. Как я много раз видел на Перлии, когда группа орков теряет критическое количество бойцов от первоначального числа, то их покидает боевой дух и вместо продолжения атаки, они отступают в поисках другой толпы, чтобы присоединиться к ней. Если я смогу снять еще одного, этого может хватить, чтобы пошатнуть решимость остальных.
Но до того, как я снова успел нажать на спусковой крючок, орк перед моими глазами внезапно исчез. Вся их группа рухнула, растянувшись на плитах палубы как алкоголики в питейном притоне, молотя друг друга и гневно ревя, так как пытаясь подняться они мешали друг другу. При этом они барахтались как бьющиеся в истерике малыши. Мира смотрела на них со слабым вздохом разочарования.
— Я надеялась, что они побросают своё оружие, — сказала она.
— Это и была твоя гениальная идея? — спросил я немного резко, снова готовясь бежать. Шансы на то, что орк бросит своё оружие, были примерно такими же, как на то, что он займется флористикой.
— Растяжка? — конечно, это объясняло зачем ей была нужна моя фуражка: первый принцип организации ловушки заключался в направлении внимания жертвы в нужное место.
— В основном, — призналась она.
— Тогда разве нам не нужно снова бежать? — спросил я, немного нетерпеливо. Весь смысл растяжки был в том, чтобы задержать наших преследователей, и ждать пока они встанут и отряхнутся, означало потерять это временное преимущество.
— Может быть, — сказала Мира, все еще оглядывая коридор с видом напряженного ожидания, и не собираясь двигаться. К этому времени Кислотная Рожа встал на ноги, с рёвом проклиная остальных и рубанул топором по моей висевшей фуражке, явно облегчая свою душевную травму самым прямым способом, каким только мог.
Как только по фуражке шлепнуло грубое оружие, на металлическом лезвии заплясала сине-белая дуга энергии, орк с ревом и мычанием задергался, замкнувшись на корабельную сеть, выведенную Мирой в коридор. Его товарищи тоже оказались пойманы в разряд, они бились о металлическую палубу, словно рыба на сковородке, завывая так громко, что стало больно ушам.
— Все прошло так, как и ожидалось, — с самодовольным до крайности выражением лица произнесла Мира. Я посмотрел на неё, потом обратно, на подергивающуюся кучу тлеющих орков.